Украинское ДНК и русский суп. Авторская колонка Романа Медного

Многие русские в Москве уверены, что Украины как страны не существует. Я уже привык шокировать фактом, что в Украине живет почти 50 миллионов человек, что по размерам она больше Франции, что кроме черноземов здесь есть еще и промышленность, которая удерживает (по крайней мере, до кризиса удерживала) страну в десятке экспортеров цветных и черных металлов.

Еще больше шокируют некоторых собеседников очевидные культурные различия. К примеру, тот факт, что даже на русифицированном Востоке в селах говорят по-украински. И совсем сложно иногда поверить, что у Украины может быть своя история искусства и свой вкус к одежде. Так, к примеру, я заметил, что многие русские, даже зная о различных школах иконописи на территории России, отвергают возможность существования специфической иконы. Когда им показываешь иконы современных украинских мастеров, они не воспринимают их как религиозную живопись, относят к искусству на религиозную тематику. С одеждой еще сложнее. 

Разбалованные низким качеством творчества дизайнеров, представленных на московских неделях мод, многие русские с широко раскрытыми глазами слушают о том, что украинский дизайнер Виктория Гресь создала костюмы для мирового тура Джанет Джексон. Русские такими заказами похвастаться не могут, предел мечтания многих русских дизайнеров – оказаться в шкафу у какой-нибудь западной «селебрити» и быть «надетым» на проходное мероприятие.

janet jackson2.jpg janet jackson.jpg
Джанет Джексон

Портят и отвлекают от каких-либо достижений русских дизайнеров слишком легкие деньги. Москва много тратит денег на одежду; она может себе позволить в разы больше, чем многие европейские столицы. Киев такой возможности не имеет, прослойка зажиточных модниц, на которых можно паразитировать, здесь микроскопическая, поэтому каждый дизайнер думает в первую очередь не о тусовке, а о рынке. К тому же хлипкая киевская тусовка «селебрити» в плане продвижения бренда тоже не помощник. Остается только широкий массовый рынок, опирающийся не на столпы светских див, а на свободные умы, распределенные ровным слоем по стране. 

Ну и опять же – надежда, что заграница нам поможет. Русские дизайнеры выходят на мировой рынок с купеческим размахом и большим рекламным бюджетом. Каждый из них лелеет мечту стать предтечей русской эры в мировой моде. Вместе с бюджетом кончается и экспансия. Отдача нулевая. Ни у кого из украинских дизайнеров не было таких денег, какие вкладывались в Ахмадулину, Терехова, Симачева и пр. Но при этом тихо и без лишней пиар-пыли в Париж едет Андре Тан, Ольга Симонова, Вероника Жанви и т.д. Они не пришли покорять мир и менять вкус – они намного адекватнее оценивают свое место, поэтому четче понимают, что нужно делать, чтобы продаваться там.

 Коллекция Вероники Жанви

 

В свое время меня порадовало высказывание Ирины Каравай: «Украинским дизайнерам продвигаться на американском рынке намного проще, потому что Европа всё еще помнит, откуда мы, а для Америки мы уже Европа». Россия же забыть свое происхождение не пытается. И даже подчеркивает это, громыхая на показах нефтяными вышками и АК-47. У Европы юмор другой, она ценит интерпретации, которые объединяют людей, а не угрожают им атомной булавой. Патриотизм Симачева в этом контексте иначе как глупостью не назовешь. Но если есть возможность, почему бы и не быть глупым. Как сказал в свое время один из авторов бренда Алена Ахмадулина, «За 500 000 долларов вам ничего не сделают. У нас и бОльшие долги прощаются».

симчев.jpg  симачев.jpg

Коллекция Дениса Симачева


Украинский фешн-рынок еще слабый, но в нем есть уже свое ДНК, которое медленно, но верно раздвигает асфальт, чтобы занять свое место в мировой моде. Не покорить ее, не заставить встать на колени, а занять свое место, найти своего покупателя. При этом, даже варясь в своем соку, это ДНК дает поразительно жизнеспособные результаты. Все знакомые мне стилисты и дизайнеры, бывавшие в Киеве, отмечают, что в столице Украины люди на улице одеты лучше, чем в Москве, где обычные прохожие интереса для дизайнеров не представляют.

 

В итоге между массовым потребителем и дизайнером – пропасть, через которую последний даже не пытается перебросить свой хлипкий мостик. В Украине без «шаровых» денег и господдержки эти мостики перебрасываются постоянно. Некоторые их них падают в пропасть, но главное здесь – вектор движения. Не к абстрактной элите, а к живому человеку.

http://www.medny.ru/

Читать также

Добавить комментарий
Оценить статью: